Пытки инквизиции (18+)

Бдение (охрана колыбели)


По словам изобретателя, Ипполито Марсили, введение "Бдения" явилось переломным моментом в истории пыток.
Данная система получения признаний не предпологает нанесение телесных повреждений. В ней нет сломанных позвонков, вывернутых лодыжек или раздробленных суставов, единственная субстанция, которая страдает - это нервы жертвы. Несмотря на кажущуюся гуманность, "пытка бдением" была одной из наиболее действенных в арсенале инквизиции.
Идея пытки состояла в том, что бы держать жертву в бодрствующем состоянии так долго, как только возможно. Это была пытка бессонницей.
"Бдение", которое первоначально не рассматривалось, как жестокая пытка, во времена Инквизиции принимало различные формы. Например, жертву поднимали на верхушку пирамиды и затем, постепенно, опускали. Верхушка пирамиды должна была проникать в область ануса, яичек или кобчика, а если пытали женщину - то вагины. Боль была настолько сильной, что зачастую обвиняемая теряла сознание. Если это случалось, процедура откладывалась, пока жертва не очнется.



В Германии "пытка бдением" называлась "охрана колыбели".











Вилы еретика

Этот инструмент, действительно, напоминал двустороннюю стальную вилку с четырьмя острыми шипами, вонзающимися в тело под подбородком и в районе грудины. Она плотно крепилась кожаным ремнем к шее преступника. Эта разновидность вилки использовалась в судебных разбирательствах по обвинению в ереси и колдовстве, как впрочем, и при обвинении в обычных преступлениях.
Глубоко проникая в плоть, она причиняла боль при любой попытке пошевелить головой и позволяла говорить жертве только неразборчивым, еле слышным голосом.
Иногда на вилке можно было прочесть латинскую надпись: «Я отрекаюсь».




Дочь дворника (аист)

Использование термина «аист» приписывают Римскому Суду святейшей инквизиции в
период со второй половины XVI в. до приблизительно 1650 года. То же название этому орудию пытки было дано Л.А. Муратори в его книге «Итальянские летописи» (1749).
Происхождение еще более странного названия «Дочь дворника» неизвестно, но оно дано по аналогии с названием идентичного приспособления в лондонском Тауэре. Каково бы ни было происхождение названия, это орудие является великолепным примером огромного разнообразия систем принуждения, которые применялись во времена Инквизиции.
Позиция жертвы была тщательно продумана. Уже через несколько минут такое положение тела приводило к сильнейшему мышечному спазму в
области живота и ануса. Далее спазм начинал распространяться в район груди, шеи, рук и ног, становясь все более мучительным, особенно в месте начального возникновения спазма.
По прошествии некоторого времени, привязанный к Аисту переходил от простого переживания мучений к состоянию полного безумия. Часто, в то время как жертва мучилась в этой ужасной позиции, ее дополнительно пытали каленым железом и другими способами. Железные путы врезались в плоть жертвы и становилось причиной гангрены, а иногда и смерти.




Железный башмак
Вариант «Испанского сапога», но в этом случае палач работал не с голенью, а со стопой допрашиваемого. Этот башмак был снабжен системой винтов. Слишком усердное применение этого пыточного инструмента обычно оканчивалось переломом костей предплюсны, плюсны и пальцев.










Коленодробилка

Коленодробилка использовалась для разбивания вдребезги суставов, как коленных, так и локтевых




Закапывание живьем
Насчитывая многовековую историю, этот вид наказания дожил почти до наших дней.
В Скандинавии заживо погребали ведьм, губивших урожай. Но особенно много погребений заживо было в Нидерландах, после Указа Карла V о борьбе с еретиками. По этому указу "женщины и девицы подлежали зарытию в землю живьем, причем палач будет плясать по их телу". Последняя варварская деталь, когда экзекутор прыгал на теле обреченной, растаптывая ей груди, в какой-то мере облегчало ее смерть. Обычно несчастная теряла сознание и, засыпанная землей, задыхалась сравнительно безболезненно.
В Древнем Риме существовала коллегия шести весталок - жриц богини Весты.
Весталками становились девушки из знатных семей, они давали обет целомудрия и безбрачия до достижения 30-летнего возраста.
“Нарушившую обет девства, свидетельствует Плутарх, - зарывают живьем в яму у Коллинских ворот. Возле этого места, в черте города, тянется длинный земляной вал, arrep [agger] по-латыни. Здесь, под землею устраивали маленькое помещение, с входом сверху, куда ставили постель, лампу с огнем, небольшое количество съестных припасов, например хлеба, кувшин воды, молока и масла, считалось как бы преступлением уморить голодом лицо, посвященное в высшие таинства религии.
Виновную сажали в наглухо закрытые и перевязанные ремнями носилки так, что не слышно было даже ее голоса, и несли через форум. Все молча давали ей дорогу и провожали ее, не говоря ни слова, в глубоком горе. Для города нет ужаснее зрелища, нет печальнее этого дня. Когда носилки приносят на назначенное место, рабы развязывают ремни. Верховный жрец читает таинственную молитву, воздевает перед казнью руки к небу, приказывает подвести преступницу с густым покрывалом на лице, ставит на лестницу, ведущую в подземелье, и удаляется затем вместе с другими жрецами. Когда весталка сойдет, лестница отнимается, отверстие засыпают сверху массой земли, и место казни становится так же ровно, как и остальное”.
В Китае при императоре Цинь Шихуане (213 г. до н. э.). были закопаны живьем 460 человек за приверженность учению Конфуция.
Русская княгиня Ольга расправилась таким образом с посланниками древлян, убивших ее мужа, князя Игоря. Делегация древлян просила овдовевшую Ольгу стать женой их князя. Поразмыслив, княгиня сказала, что в принципе она согласна; пусть древляне возвращаются в свою ладью и ложатся спать, а утром за ними придут люди с княжеского двора и понесут их на двор к Ольге прямо в ладье, в знак особой чести. Между тем за ночь на теремном дворе по приказу Ольги была выкопана огромная глубокая яма. Утром посланцев древлян и впрямь донесли в ладье. Они сидели, гордо подбоченясь. Однако на княжеском дворе ладью с посланцами сбросили в вырытую яму. “И, приникнув к яме, - свидетельствует летописец, - спросила их Ольга: “Хороша ли вам честь?”
Они же ответили: “Пуще нам Игоревой смерти”. И повелела засыпать их живыми; и засыпали их”.

В 1295 году во Франции Мария де Роменвиль подозреваемая в краже, была зарыта живою в землю в Отельи по приговору Бальи Сент-Женевьев. В 1302 году он также приговорил к этой ужасной казни Амелотту де Христель за похищение между прочими вещами юбки, двух колец и двух поясов. В 1460 году, в царствование Людовика XI, Перетта Маужер была похоронена заживо за воровство и укрывательство. В Германии также казнили женщин, которые убивали своих детей.

По одной из легенд Иван Грозный приказал похоронить заживо изменившую ему жену, которую крепко связали и так положили в гроб.
В средневековой России подобной казни подлежала жена, убившая своего мужа. Вот как описывает этнограф Е. Карпович казнь некоей Анфисы Семеновой: “Рано поутру, в день, назначенный для исполнения казни над Анфисою, ее... вывели из тюрьмы и бросили на розвальни. Стрельцы с пищалями на плечах окружили розвальни, обезумевшую Анфису повезли с барабанным боем... На Болоте (место казни в Москве), на небольшом пространстве, огороженном невысоким забором, так что взрослый человек мог через него видеть, - стояло несколько палачей и была вырыта глубокая, неширокая яма, около которой лежала выброшенная из нее земля.
Анфису подвезли к забору: палачи сняли ее с розвальней, завязали ей назад веревкою руки и, поддерживая ее со всех сторон, подвели к яме. Анфиса затрепетала всем телом и как ни была она слаба, но все таки рванулась из рук палачей; но, разумеется, все ее усилия были не только напрасны, но даже остались почти незаметными для любопытных зрителей, окружавших забор. В то время, когда палачи держали Анфису, бессильно свесившую на плечо голову, приказный по распоряжению дьяка читал следующий приговор: “По статье четыренадесятой главы двудесятой первой “Соборного Уложевия”, в коей написано: а будет жена учинит мужу своему убийство или окормит его отравою, а сыщется про то допряма: и за то ее казнити - живую окопати в землю и казнити ее такою смертью безо всякия пощады, хотя будет убитого дети или иные кто ближние роду его того не похотят, что ее казнити, а ей отнюдь не дати милости и держати ее в земле до тех мест, покамест она умрет - великие государи цари и великие князья Иван и Петр Алексеевичи и царевна великая княжна София Алексеевна указали: казнити таковою смертною казнью женку Анфису Семенову за убийство мужа ее, торгового человека Андрея Викулова, по прозванию Тябота, дабы другим женкам, глядя на ту ее казнь, неповадно было так делати”.
По прочтении этого приговора палачи подтащили молодую женщину к самой яме и опустили ее почти до подмышек, как в мешок. Они взялись за заступы и живо закидали пустое пространство землею, которую потом плотно утоптали ногами. Над утоптанным местом виднелось бледное, искаженное ужасом лицо Анфисы, которая отчаянно мотала головою и двигала плечами, как будто силясь раздвинуть охватившую ее могилу и вырваться оттуда. Заметно было, что она хотела закричать или сказать что то, но не могла, и губы ее только судорожно шевелились. Длинные и густые ее русые волосы от сильного движения головы разметались во все стороны и прикрыли ей лицо.
Стоявшая около забора толпа, поглазевши некоторое время на молодую окопанную женщину, начала мало помалу расходиться, а подле Анфисы стал на стражу с пищалью на плече стрелец, обязанный смотреть, чтобы мученице, обреченной на медленную смерть, никто не дал напиться или: поесть, В вектором расстоянии от Анфисы, прямо перед ее лицом, поставили подсвечник с зажженною восковою свечою”. Надо сказать, что Анфисе повезло, так как на следующий день Петр прогуливался с иноземцами и один рассказал ему об этой казни. Когда царь сказал, что приговор справедливый - ведь она мужа убили, англичанин возразил, что русские бьют своих жен чем ни попадя, вот в Англии отношение совсем другое и подобных преступлений так почти нет. Он привел аргумент, какой будет гражданин, если он знает, что его мать зарыли в землю, а потом ее труп бесстыдно повесили за ногу. Петр подумал и приказал застрелить обреченную.
Закопанные в землю умирали, как правило, на второй или третий день, однако бывали и более продолжительные агонии. В исторической литературе упоминается случай, когда одна осужденная скончалась лишь на тридцать первый день! Очевидно, кто то передавал ей, если не еду, то хотя бы воду - иначе несчастная умерла бы от обезвоживания организма намного раньше.
Есть свидетельства, что подобный вид казни применялся еще и в XX веке! Описывая свою экспедицию по Дальнему Востоку, русский путешественник В. К. Арсеньев рассказывает о таком эпизоде: “Когда мы проходили мимо тазовских, фанз, Дерсу (проводник экспедиции) зашел к туземцам. К вечеру он прибежал испуганный и сообщил страшную новость: два дня тому назад по приговору китайского суда. заживо были похоронены в земле китаец и молодой таз. Такое жестокое наказание они понесли за то, что из мести убили своего кредитора. Погребение состоялось в лесу, в расстоянии одного километра от последних фанз. Мы бегали с Дерсу на это место и увидели там два невысоких холмика земли. Над каждой могилой была поставлена доска, на которой тушью были написаны фамилии погребенных”.
Этот эпизод произошел в 1906 году! В 1919 году в Перми большевиками был заживо зарыт епископ Андроник. Наконец, еще более близкое по времени упоминание о подобной казни встречается в мемуарах Ильи Эренбурга. Он повествует, как во время Первого съезда советских писателей (1934 г.) Горький пригласил к себе на дачу иностранных гостей. “Помню страшный рассказ китайской писательницы, - пишет Эренбург,- она сказала, что молодой писатель Ли Вэйсэн был живым закопан в землю”.
Надо думать, что и в наше время эта казнь еще далека до своего забвения, во всяком случае было много сообщений о погребении заживо не только германскими нацистами, но и хорватскими мятежниками и в нашей стране во время конфликта с Чечней.




Наказание кнутом
Описания кнута разнятся одно от другого. Суммируя все данные, можно сказать, что он состоит по большей части из плотного, тяжелого кожаного ремня, имеющего в длину приблизительно восемь футов (2,5 м); укрепляется этот ремень к деревянной ручке длиною в два фута (60 см). Сам ремень имеет вид довольно широкой ленты, согнутой таким образом, что ее стороны представляют собою два острых края. Попадаются кнуты, обтянутые проволокой, заканчивающейся небольшим крючком. При каждом ударе этим ужасным орудием острые края его до того сильно раздирают спину наказуемого, что получается впечатление удара обоюдоострого ножа; кроме того, палач никогда не поднимает со спины кнут, а медленно протягивает его по коже, вследствие чего маленький крючок в конце ремня обрывает каждый раз тонкие куски мяса.
Мотрайн (1820) описывал кнут, рисуя его в виде плети, сделанной из кожи старого осла; ширина его приблизительно в один дюйм (2,54 см). До употребления кожа вываривается в уксусе и обрабатывается кобыльим молоком.
Граф де Лагни (1840) говорил: „кнут состоит из толстого кожаного ремня, нарезанного в виде треугольника; в длину он имеет от трех до четырех локтей (90-120 см), ширина его один дюйм. Один конец — более широкий, другой уже и прикреплен к ручке, имеющей два фута (60 см) в длину.
Процедура экзекуции совершалась следующим образом. Приговоренного укладывали на деревянную скамью животом вниз, руки и ноги его аккуратно вытягивались и фиксировались к кольцам, прибитым в поперечные края скамейки. Голова до того сильно прижималась к дереву, что у жертвы не было никакой возможности кричать, что в значительной мере увеличивало болевое ощущение. Правильное и умелое применение кнута требовало продолжительного изучения, а также крепких нервов и мускулов.

В палачи постоянно назначался один из преступников, приговоренный к тому же
Применение той или иной степени строгости находилось в зависимости не только от квалификации совершенного жертвой преступления, но также — и, пожалуй, более всего — от величины подарка, получаемого палачом перед поркой в виде подкупа.
Ученики обучались многочисленным комбинациям: как сечь по бедрам, как угощать разбойника, как наказывать за мелкие преступления, как вызвать немедленную смерть, заставить жертву вывернуть себе затылок, как сечь так, чтобы преступник умер на второй или на третий день после экзекуции, как для этого следует подводить плеть или кнут вокруг туловища и таким образом наносить серьезные повреждения грудной клетки или расположенным в животе важнейшим органам...
Искусные палачи, в совершенстве изучившие свое ремесло, показывали удивительное искусство, умея захватить кнутом только кружок величиною с полтинник, не задевая при этом близлежащих частей. Иные из них одним взмахом своего страшного инструмента превращали кирпичи буквально в пыль.
Нередко наказанных ставили между двух столбов с перекладиной, привязывая их за поднятые вверх руки и нередко за ноги. Такая позиция давала возможность бить по всему телу.
Нередко, чтобы ужесточить пытку, кнут после каждого удара мочили в соленом растворе или уксусе. Описывались кнуты, сшитые из двух кожаных полос, в одну из которых перед сшиванием вбивали мелкие гвозди и, затем, закрывали шляпки второй полосой. Такой кнут при ударе обвивался вокруг тела стоявшей жертвы, затем, когда его рывком тянули обратно, впившиеся гвозди раздирали тело допрашиваемого в клочья. Изобрели это "чудо" в мусульманском Египте. Как говорят историк, никто не выживал после десятого удара такого кнута. Надо сказать, что для женщин не делали никаких исключений.
Следует отметить, что кнут широко применяли и в качестве орудия пытки при допросах. Недаром на Руси появилось выражение "подлинная правда", правда, полученная под ударами кнута - "длинника". Когда на эту варварскую пытку попадала женщина, то, если она не признавалась с первых ударов, пытку ужесточали, избивая несчастную по грудям, стараясь чаще бить по соскам.
Нередко жертву подвешивали за широко разведенные в стороны ноги, головой вниз, чтобы наносить удары по половым органам. Особенно часто такое проделывали с женщинами. И не только в России, Европа привезла кнут из крестовых походов на Восток и Инквизиция никогда им не гнушалась. Наказанию, которое он выполнял после своего помилования на других. После двенадцати лет службы его отпускали на волю и препровождали на родину, но во время несения обязанностей палача его содержали под строгим заключением и выпускали из камеры только тогда, когда необходимо было произвести экзекуцию над приговоренным к телесному наказанию преступнику. В тюрьмах же опытные палачи подготовляли учеников и обучали своему ремеслу будущих истязателей. Упражнения производились ежедневно, для каковой цели применялась человеческая фигура из тряпок, набитых соломой или конским волосом. Ученики посвящались во все тайны экзекуторского искусства и получали от своего ментора указания по поводу того, каким образом возможно наносить то ужасно сильные, то вовсе слабые удары.


Отрубание конечностей
Ампутация кисти руки - одно из увечий, которому больше всего противилась цивилизация. В 1525 году Жан Леклер был осужден, за то что опрокинул статуи святых: ему вытягивали каленными клещами руки, отрезали кисть, оторвали нос,
Следует также упомянуть о таком виде наказания, как отрубании пальцев. В древней Скандинавии вору, пойманному в первый раз, отрезали палец, на второй - рубили всю руку, попавшегося в третий - беспощадно вешали. Кроме того, был обычай отрезать большой и указательной пальцы, обычно на правой руке, но нередко и на обеих, вражеским лучникам, попавшим в плен. Покалеченный таким образом человек уже не мог владеть оружием. Об этом упоминалось и при захвате Решта Тамерланом (1375) и в течении столетий в войнах на англо-шотландской границе вплоть до объединения обеих стран, да и потом во время многих мятежей (почти до конца XVII века). В литературе описывалось сходное калеченье белофиннами сразу после отделения Финляндии от России в 1917 г, когда раздрабливали пальцы правой руки пленным, даже женщинам, чтобы те "не стреляли в них потом".
Отрубание ног: применялось крайне редко и наводило скорее ужас. К ампутации ног прибегали лишь при первых королях Франции. Также ноги ампутировали пленным во время междоусобных войн. В законах Людовика Святого, мы находим, что за вторичное воровство нога тоже отнимается. На Руси отрубали, как ноги, так и руки за различное "воровство", под это понятие подводили очень многое - в частности отрубили руки или ноги, разделяя их по непонятному признаку, а скорее, по желанию палача, многим, обвиненным в утаивании меди, во время "Медного бунта" при Алексее Тишайшем (1662). Руки, часто отрубали пойманным ворам.

затем медленно жгли на костре. Осужденный вставал на колени, клал свою руку обратив ее ладонь вверх, на плаху, и одним ударом топора или ножа палач отрубал ее. Ампутированную часть всовывали в мешок, наполненный отрубями. Нередко отрубали руки виновным в государственных преступлениях, так во время восстания Уота Тайлера в Англии (1381), дворянка Джоанна была приговорена к отсечению "той руки, которой она распахнула дверь перед королевским мятежником".






Пресс для черепа (раздавливатель головы, headcrusher)
Это средневековое устройство, надо отметить, высоко ценилось, особенно на территории северной Германии. Его функция была довольно проста: подбородок жертвы помещали на деревянную или железную опору, а крышка устройства навинчивалась на голову жертвы. Сначала раздавленными оказывались зубы и челюсти, затем, поскольку давление нарастало, ткани мозга начинали вытекать из черепа.
По прошествии времени, этот инструмент утратил свое значение как орудие убийства и приобрел широкое распространение как орудие пытки.
В ряде случаев эту пытку упрощали, обвив вокруг головы допрашиваемого веревку, часто узловатую, засунув сквозь нее палку, веревку закручивали, раздавливая голову, называли это изобретение - "четки боли".
В некоторых странах Латинской Америки очень похожее приспособление используется и до сих пор. Несмотря на то, что и крышка устройства, и нижняя опора выложены мягким материалом, который не оставляет никаких следов на жертве, приспособление приводит заключенного в состояние «готовности к сотрудничеству» уже после нескольких поворотов винта.
Стул ведьмы  

























Пытка инквизиции, известная под названием "стул ведьмы", высоко ценился, как хорошее средство против молчаливых женщин, обвиненных в колдовстве. Этот распространенный инструмент особенно широко использовался австрийской инквизицией.
Стулья были различных размеров и форм, оснащенные шипами, с наручниками, блоками для фиксации жертвы и, чаще всего, с железными сидениями, которые в случае необходимости можно было раскалить.
При длительном применении пытка могла закончиться смертью жертвы, о чем свидетельствуют некоторые документальные источники. Так, например, в 1693 году в австрийском городе Гутенберг судья Вольф фон Лампертиш вел процесс по обвинению в колдовстве Марии Вукинец, 57 лет. Она была посажена на "стул ведьмы" на 11 дней и ночей, одновременно палачи прижигали ей ноги раскаленным железом. Мария Вукинец умерла под пытками, сойдя с ума от боли, но так и не сознавшись в преступлении.



Варение живьем
многих лет. Она широко использовалась в Средневековье, к ней приговаривали за совершение самых разных преступлений.
Так, в Англии времен Генриха VIII отравителей заживо варили в кипятке.
На протяжении XIII-XVI веков в Германии заживо варили фальшивомонетчиков. То же самое было и во Франции в XIII-XV веках.
В России единственный случай подобной казни относится к временам изобретательного царя Ивана, который разгневавшись за что-то на своего повара приказал сварить его в кипятке.
Не исчезла она и в более цивилизованные времена. Так, после реставрации монархии в Италии, во время наполеоновских войн, женщин вместе с грудными
детьми бросали в котлы с кипящей смолой. Так расправлялись с республиканцами.
Последние описанные случаи этой варварской расправы относятся к 1943 году, когда в концлагере Треблинка нацисты бросили двух девушек связанными в наполненные водой бочки и развели вокруг них костры. Так несчастные заплатили за участие в Сопротивлении.
В хрониках описано три вида этой казни: во время первого обреченного бросали в котел, полный кипящей воды, смолы, масла. Так поступали по законам Ганзы с фальшивомонетчиками, с отравителями в Англии. Эти законы не делали скидок и женщинам - в 1456 в Любеке 17-летняя Маргарита Гримм была брошена живой в кипящую смолу за сбыт 3 фальшивых талеров. Такой способ был максимально милосердным - человек практически мгновенно терял сознание от болевого шока при массивном ожоге почти всей поверхности тела. Сходной была расправа Иоанна Грозного с казначеем Фуниковым. Его повесили за ноги и обливали то кипятком, то ледяной водой. Когда с тела истязуемого стала сползать кожа, опричники все-таки добили его.
Во время второго вида казни жертву связывали, помещали в котел, жидкость в котором постепенно доводилась до кипения. При такой казни осужденный оставался в сознании и страдал до 1,5 часов. Так поступали в Китае, Японии, Франции (опять же с фальшивомонетчиками) и крайне редко (в Брюгге) в Нидерландах с закоренелыми еретиками.
Однако существовал и третий, самый страшный вариант этой казни - подвешенную над котлом с кипящей жидкостью жертву медленно опускали в котел, так чтобы все ее тело варилось постепенно, в течение долгих часов. Максимально долгий срок такой казни был во время правления Чингисхана, когда приговоренный жил и страдал в течение целых суток. При этом его периодически поднимали из кипятка и обливали ледяной водой. По свидетельству очевидцев мясо начало отставать от костей, но человек был еще жив. Сходным образом, хотя и не столь долго казнили несчастных фальшивомонетчиков в Германии - их медленно варили в кипящем масле - "…сначала по колени, потом по пояс, потом по грудь и, наконец, по шею…".
При этом к ногам осужденного привязывали груз, чтобы он не мог выдергивать конечности из кипятка и процесс шел непрерывно. Иногда в некоторых странах особенно кровожадные правители развлекались, наблюдая казни рабынь, которые умирали в жутких мучениях только ради забавы властителей. Такие случаи описаны в Древнем императорском Риме времен Тиберия, в XIV веке в Китае, в XIII - в Монголии и т.п.
Зная о подобных законах, не удивительно, что в случае разоблачения, фальшивомонетчики не останавливались не перед чем, а их в Средние Века было пруд пруди - техника чеканки была примитивная, да и наиболее ленивые просто "портили монету" - обрезали край монеты и присваивали себе драгоценный металл, кстати, так поступали и сами правители, именно для борьбы с таким безобразием на монетах появился край с изображением или насечками, как на наших монетах, чтобы было труднее незаметно обкорнать золотой.
Так описано, что когда королевские приставы во Франции в 1430 году обнаружили рыцарей Гийома де Шангре, Франсуа де Роне и их жен, занимавшимися чеканкой денег из самородного золота, последние на требование смириться и идти на суд, набросились на королевских слуг и всех перебили. Явно не желая попасть в котел, фальшивомонетчики с сообщниками в течение месяца отбивались в своем замке от королевского бальи (шерифа) с отрядом солдат, так что в конце концов на них махнули рукой и простили.


Висящая клетка
Вплоть до конца XVIII столетия панораму европейских городов украшали эти жуткие деревянные или железные клетки, подвешенные на внешней стороне городских стен, на больших площадях, на зданиях судов, ратушах, кафедральных соборах, крупных перекрестках. Часто в ряд располагалось несколько клеток. Отличным примером могут быть сохранившиеся до наших дней клетки в Герцогской площади в Мантуе (Mantua), на стене кафедрального собора немецкого города Мюнстер (Munster). Во Флоренции их обычно размещали в двух местах: на углу Bargello at Via Anguillara и Piazza San Firenze, другим местом была площадь San Gaggio Hill, позади Римского моста (Porta Romana), на большой дороге в Сиену. В Венеции, где столь популярной была прямоугольные клетки, их развешивали на мосту вздохов (Bridge of Sighs) и на стене Арсенала.
Иногда в клетки помещали только отрубленные головы, но это были редкие счастливцы, большинство ждала страшная смерть.
Обнаженного или почти обнаженного узника запирали в этой клетке и подвешивали ее у всех на виду. Он погибал от голода и жажды, реже замерзал зимой на ледяном ветре или летом от перегревания и солнечных ожогов. Очень часто перед такой казнью осужденных подвергали пыткам и уродовали их тела, чтобы еще больше устрашить зрителей. Разлагающиеся трупы обычно оставались в этой клетке до тех пор, пока из нее не начинали сыпаться кости распадающегося скелета.
Самым известным случаем такой казни была расправа над семьей Баргелло (Bargello) во Флоренции (Florentine). Хотя хроники и не подтверждают эти факты, но предания говорят о том, что в 1750-52, при правлении второго великого герцога Тосканского из рода Лоренцо (Lorenese) Пьетро Леопольдо (Pietro Leopoldo), членов этой семьи подвергли зверским пыткам и повесили в клетках на стенах их родового дворца.
Было трудно представить более жуткую казнь, наводящую ужас на окружающих. Оставленный в раскачивавшейся на цепи, тесной клетке обреченный еще долго жил, прежде чем смерть освобождала его от страданий.
Измученное пытками тело, совершенно нагое, выставленное напоказ толпе, страдало от пронизывающего холода зимой. Летом незащищенная кожа обгорала на солнце, тучи насекомых жалили несчастного, чье тело нередко вымазывали медом, чтобы увеличить его страдания. Человек медленно слабел от отсутствия еды и воды, раны его гноились.
Когда, наконец, он умирал, его кости еще долго лежали в клетке наводя ужас на прохожих, напоминая всем о грехах несчастного.
Иногда такие клетки не подвешивались, а выставлялись на площади. Зеваки, столпившиеся вокруг нее, глумились над обреченным, плевали и тыкали в него палками, увеличивая его предсмертные страдания.

Дыба

Это одно из наиболее распространенных орудий пытки, встречающихся в исторических описаниях. Дыбу применяли на всей территории Европы. Обычно это орудие представляло собой большой стол на ножках или без них, на который заставляли лечь осужденного, а его ноги и руки фиксировали при помощи деревянных плашек. Обездвиженную таким образом, жертву «растягивали», причиняя ей невыносимую боль, часто до тех пор, пока мускулы не разрывались.
Вращающийся барабан для натягивания цепей использовался не во всех вариантах дыбы, а только в самых хитроумных «модернизированных» моделях. Палач мог взрезать мускулы жертвы, чтобы ускорить окончательный разрыв тканей. Тело жертвы вытягивалось более чем на 30 см, прежде чем разорваться. Иногда жертву крепко привязывали к дыбе, чтобы легче использовать другие методы истязания, такие как щипцы для зажимания сосков и других чувствительных частей тела, прижигания каленым железом и др.



Железный кляп
Этот пыточный инструмент появился для того, чтобы «успокоить» жертву и прекратить пронзительные крики, докучавшие инквизиторам. Железная трубка внутри маски плотно засовывалась в горло преступника, а сама маска запиралась болтом на затылке. Отверстие позволяло дышать, но при желании его можно было заткнуть пальцем и вызвать удушье.
Зачастую это приспособление применялось для тех, кто был приговорен к сожжению на костре. Особенное распространение железный кляп получил во время массовых сожжений еретиков. Он позволял избежать ситуации, когда осужденные заглушали своими воплями духовную музыку, сопровождавшую казнь.
Известно, что Джордано Бруно был сожжен в Риме в 1600 г., с железным кляпом во рту.


Дыба-подвес
Несомненно, наиболее распространенная шапка, и она вначале часто использовалась в судопроизводстве, поскольку считалась легким вариантом пытки Руки обвиняемого связывались за спиной, а другой конец веревки перебрасывали через кольцо лебедки Жертву либо оставляли в такой позиции, либо сильно и непрерывно дергали за веревку.
Нередко к нотам жертвы привязывали дополнительный груз, а тело рвали щипцами, такими как, например, «ведьмин паук», чтобы сделать пытку менее мягкой. Судьи думали, что ведьмы знают множество способов колдовства, которые позволяют им спокойно переносить пытки, поэтому не всегда удается добиться признания Мы можем сослаться на серию процессов в Мюнхене в начале XVII века в отношении одиннадцати людей.
Шестерых из них непрестанно пытали при помощи железного сапога, одна из женщин подверглась расчленению груди, следующих пятерых колесовали, и одного посадили на кол. Они, в свою очередь, донесли еще на двадцать одного человека, которых незамедлительно допросили в Тетенванге. Среди новых обвиненных была одна очень уважаемая семья. Отец умер в тюрьме, мать, после того, как ее подвергли испытанию на дыбе одиннадцать раз, призналась во всем, в чем ее обвинили.
Дочь, Агнесса, двадцати одного года, стоически перенесла испытание на дыбе с дополнительным весом, но не признавала своей вины, и только говорила о том, что она прощает своих палачей и обвинителей. Лишь через несколько дней непрекращающихся испытаний в камере пыток, ей сказали о полном признании ее матери. После попытки суицида она призналась во всех ужасных преступлениях, включая сожительство с Дьяволом с восьмилетнего возраста, в пожирании сердец тридцати человек, участии в шабашах, в том, что вызывала оурю и отрекалась от Господа. Мать и дочь были приговорены к сожжению на костре.
Данную пытку можно увидеть в современном фильме «Призраки Гойи»


Пытка водой
У пытки водой было немало разновидностей. В одной из них узника привязывали к столбу и на его темя медленно, с расстановкой, падали крупные капли воды. Через некоторое время, каждая капля отдавалась в голове адским грохотом. Равномерно падающая холодная вода вызывала спазм сосудов головы, тем больший, чем дольше продолжалась пытка. Постепенно очаг угнетения разрастался на всю кору головного мозга. В конце концов осужденный терял сознание от тяжких мучений.
В России в 1671 году такой пытке подвергали Степана Разина.
При другой разновидности этой пытки обвиняемого располагали на одной из разновидностей дыбы или на специальном большом столе с поднимающейся средней частью.
После того, как руки и ноги жертвы были привязаны к краям стола, палач приступал к работе одним из нескольких способов.
Один из этих методов заключался в том, что жертву заставляли при помощи воронки поглотить большое количество воды, затем били по надутому и выгнутому животу.
Другая форма предусматривала помещение в горло жертвы тряпичной трубки, по которой медленно вливали воду, что приводило к раздуванию и удушению жертвы. Если этого было недостаточно, трубку вытаскивали, вызывая внутренние повреждения, а затем вставляли опять и процесс повторялся.
Иногда применяли пытку холодной водой. В этом случае обвиняемый часами лежал на столе обнаженный под струей ледяной воды.
Интересно заметить, что эта разновидность мучения рассматривалась, как легкая, и признания, полученные таком способом суд принимал, как добровольные и данные подсудимым без применения пыток.

Ручная пила

С её помощью осуществляли одну из самых мучительных казней, пожалуй, более
страшную, чем смерть на костре. Палачи распиливали осужденного, подвешенного вниз головой и привязанного ногами к двум опорам. Фиксация вниз головой позволяла довольно долго сохранять достаточное кровоснабжение мозга и уменьшала кровопотерю, приговоренный часто сохранял сознание до тех пор, пока пила не доходила до пояса, и даже груди, если верить источникам первой половины XVIII века. Этот инструмент использовался как наказание за различные преступления, но особенно часто его применяли в отношении содомитов (гомосексуалистов) и ведьм.
До наших времен дошло описание казни одной из предводительниц гуситов. Как описывалось в хрониках: "… сначала палач медленно отпили ей руки и ноги, опалив факелом кровоточащие раны, чтобы помешать несчастной умереть раньше времени и, только затем, очень медленно, перепилил ее пополам. Все собравшиеся были поражены тем, что ни одного звука не вырвалось из уст мученицы…"
Известно, что пила широко употреблялась французскими судьями при осуждении ведьм, которые забеременели от «Сатаны».

Трон
Обвиняемого переворачивали вниз головой, а ноги вставляли в отверстия на спинке кресла, и выставляли на обозрение посреди улицы.









Ведьмино кресло (кресло допроса)


Это устройство широко применявшееся не только в Средние Века, но и концлагерях ХХ века, было устроено очень просто - деревянное кресло или просто опора, чье сиденье было утыкано острыми шипами. Человека привязывали к этому креслу и он пытался удерживать себя на расстоянии от шипов на сиденье, пока у него хватало сил. Затем он падал и в его ягодицы вонзались острые шипы. Боль заставляла его вновь приподниматься над сиденьем, затем очередное падение.
У более изощренных образцов, как на этом из итальянского музея, шипами были усажены еще и подлокотники и часть кресла, прилегавшая к ногам, так что если узник пытался приподняться над сиденьем, в его тело вонзались шипы подлокотников и ножек кресла, как бы он не пытался избежать уколов, ему это не удавалось.
Подвергаемого пытке на "Ведьмином" кресле человека нередко приковывали так, что находясь в крайне неудобной позе, истязуемый рано или поздно падал на шипы, боль заставляла его вновь пытаться оторваться от сиденья и так продолжалось бесконечно, пока не прерывали пытку или допрашиваемый не терял сознания.
Шипы кресла были такой длины, что вызывали сильную боль, но не причиняли серьезной травмы, угрожающей жизни допрашиваемого. Измученный длительной болью человек, чаще всего сознавался во всем, в чем его обвиняли.

ЖаровняПытки инквизиции
В прошлом не существовало ассоциации «Международная амнистия», никто не вмешивался в дела правосудия и не защищал тех, кто попал в его лапы.
Палачи были вольны выбирать любое, с их точки зрения подходящее средство для получения признаний. Часто они использовали и жаровню.
Жертву привязывали (или приковывали) к металлической решетке и затем «поджаривали» до получения «искреннего» признания, что приводило к обнаружению новых преступников.
По преданию, от пыток на жаровне погиб в 258 г.н.э. Святой Лаврентий – испанский диакон, один из первых христианских мучеников.



Разрыватель груди
Пытки инквизиции
Раскалив добела острые зубцы такого инструмента, палач разрывал на куски грудь жертвы. В некоторых районах Франции и Германии этот орудие пытки называли «Тарантулом» или «Испанским пауком».
В разных странах в разные времена - в некоторых областях Франции и Германии почти до XIX века - "укусу" этого докрасна раскаленного инструмента подвергалась одна из грудей женщин, родивших вне брака. Часто это истязание производилось в присутствии их детей, чьи ноги иногда по щиколотки утопали в крови матери, щедро окропившей пол камеры.
Помимо орудия телесного наказания, "разрыватель грудей" также широко использовался во время пыток в процессе дознания.
Кошачья лапа (испанское щекотало)
Этот пыточный инструмент напоминал железные грабли, укрепленные на деревянной рукояти. Преступника растягивали на широкой доске или привязывали к столбу, а затем раздирали его плоть в клочья, предварительно сдирая лентами кожу со всего тела.
Пытки инквизиции



Это было самое страшное время, в котором было убито или замучено очень много женщин не причастных к магии и как.

Так же хочу добавить, что во времена инквизиции за ведьм считали девушек либо слишком высокого, либо маленького роста, так же девушек с рыжими волосами (пользовались особой популярностью), с зелеными глазами и если в дома была черная кошка. Вывод таков-меня бы точно сожгли или еще что нибудь сделали, т.к. во мне роста 150 см и зеленые глаза.

Ужасная груша









«Лежит груша — нельзя скушать», — сказано о средневековом европейском орудии «воспитания» богохульников, лжецов, женщин, родивших вне брака, и мужчин нетрадиционной ориентации. В зависимости от преступления, мучитель засовывал грушу грешнику(це) в рот, анальное отверстие или влагалище. 

Как это работает? 
1) Инструмент, состоящий из заостренных листовидных сегментов грушевидной формы засовывается клиенту в нужное отверстие тела; 
2) Палач помаленьку крутит винт на верхушке груши, при этом «листья»-сегменты распускаются внутри мученика, причиняя адскую боль; 
3) После того, как груша раскрывается полностью провинившийся получает внутренние повреждения, несовместимые с жизнью и умирает в ужасных муках, если до этого уже не впал в беспамятство. 

«Испанский осел» или «Кресло иудеев»
Эта пытка очень похожа на «пытку бдением». Отличие в том, что основным элементом устройства является заостренный угол клиновидной формы, выполненный из металла или твердых пород дерева. Допрашиваемого подвешивали над острым углом, так чтобы этот угол упирался в промежность. Разновидностью использования «осла» является привязывание груза к ногам допрашиваемого, связанного и зафиксированного на остром углу.

Упрощенным видом «Испанского осла» можно считать натянутую жесткую веревку или металлический трос, называемый «Кобылой», чаще такой вид орудия применяется к женщинам. Протянутую между ног веревку задирают как можно выше и растирают до крови половые органы. Вид пыток с веревкой довольно эффективен, поскольку применяется к наиболее чувствительным частям тела.

Колесование
Приговорённому к колесованию железным ломом или колесом ломали все крупные кости тела, затем его привязывали к большому колесу, и устанавливали колесо на шест. Приговорённый оказывался лицом вверх, смотря на небо, и умирал так от шока и обезвоживания, часто довольно долго. Страдания умирающего усугубляли клевавшие его птицы. Иногда вместо колеса использовали просто деревянную раму или крест из брёвен.

Для колесования также применялись вертикально установленные колеса.

Колесование очень популярная система, как пыток, так и казни. Оно применялась только при обвинении в колдовстве. Обычно процедура была разделена на две фазы, обе достаточно болезненные. Первая состояла в переломах большей части костей и суставов при помощи маленького колеса, называемого колесом дробления и снабженного снаружи множеством шипов. Вторая была разработана на случай казни. Предполагалось, что жертва, разбитая и искалеченная таким способом, буквально подобно веревке проскользнет между спицами колеса на длинный шест, где и останется ожидать смерти. Популярная разновидность этой казни совмещала колесование и сожжение на костре - в таком случае смерть наступала быстро. Процедура была описана в материалах одного из судебных разбирательств в Тироле. В 1614 году бродяга по имени Вольфганг Зельвейзер из Гаштейна, признанный виновным в сношениях с дьяволом и насылании бури, был приговорен судом Лейнца одновременно к колесованию и сожжению на костре.






Share on Google Plus

About Darrung

    Blogger Comment
    Facebook Comment

0 коммент.:

Отправить комментарий